НЕКОММЕРЧЕСКОЕ ПАРТНЕРСТВО ПРОФЕССИОНАЛОВ И УЧАСТНИКОВ ВНЕШНЕЭКОНОМИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

Чем Россия может ответить на санкции США?

15 июня 2017 года., Экспертное мнение

США ужесточают санкции против РФ. В ответ на это в Кремле заявили, что Россия не хочет входить в очередное «санкционное пике». О том, какие именно санкции вводят и есть ли чем ответить на это Москве, рассказывает экономист Дмитрий Прокофьев.


Санкции, как они есть

Вчера Сенат США одобрил согласованную еще 12 июня комитетами по банкам и иностранным делам и внесенную лидером республиканского большинства в Сенате Митчем Макконнеллом поправку S.722 о санкциях в отношении Ирана. Вторая глава принятого законопроекта содержит новый пакет санкций в отношении Российской Федерации под названием «Закон о противодействии российскому влиянию в Европе и Евразии от 2017 года».

Теперь законопроект перейдет на рассмотрение палаты представителей конгресса, откуда в случае утверждения отправится на подпись президенту США. По существу закон объединил так называемые законопроекты Маккейна – Кардина (законодательное закрепление существующих санкций) и Крапо – Брауна (значительное расширение секторальных и индивидуальных санкций). Официальная формулировка гласит, что санкции вводятся «за нарушение территориальной целостности Украины и Крыма, наглые кибератаки и вмешательство в <американские президентские> выборы, а также продолжающуюся агрессию в Сирии».

Вероятность принятия законопроекта Конгрессом высока, и, скорее всего, он будет принят подавляющим большинством голосов. Конечно, теоретически Дональд Трамп может наложить на закон вето, но расклад голосов в обеих палатах позволяет легко преодолеть вето президента. Кроме того, попытка противодействия со стороны Белого дома санкционным мерам Конгресса против действий российского правительства будет расценена как свидетельство вовлеченности Трампа и его окружения в закулисные сделки с Москвой.

Почему это важно?

Принятый законопроект не только значительно ужесточает санкции в отношении России, но и существенно усложняет процедуру их снятия. Дело в том, что действующий санкционный режим базируется на пяти указах президента Барака Обамы. До вчерашнего дня эти указы могли быт отменены такими же указами Дональда Трампа без обращений в Конгресс США.

Согласно новому закону, в случае если президент США захочет предпринять любые действия по ослаблению санкций и выводу из-под их действия конкретных санкционированных физических и юридических лиц, то он должен будет обосновать такие действия в специальном докладе профильным комитетам обеих палат, у которых затем будет 30 дней на его обсуждение и внесение либо одобрительной, либо отвергающей совместной резолюции (принимаются без внесения поправок и обсуждения на пленарном заседании). Президент может наложить вето на отрицательную резолюцию Конгресса, но это связано для него с серьезными политическими рисками.

Фактически законопроект дает Конгрессу полный блок на снятие или смягчение санкций, введенных «в ответ на агрессивные действия Российской Федерации», как это сформулировано в документе.

В чем разница с прежним «санкционным режимом»?

Сразу несколько санкционных пакетов – «крымский», «донбасский», «хакерский», «сирийский», «правозащитный» – теперь совмещены в единый расширенный пакет.

Другое принципиальное нововведение – законодательная привязка «донбасских санкций» к выполнению Россией Минских соглашений 2015 и 2014 годов. Теперь никакой «размен Сирии на Донбасс» невозможен по закону. Чтобы снять «донбасские санкции» необходимо выполнить Минские соглашения, ключевым пунктом которых является восстановление контроля Украины на протяжении всей своей границы.

Есть и еще одно важное новшество. Еще в 2014-2015 годах в США были приняты «Акт в поддержку суверенитета, целостности, демократии и экономической стабильности Украины» (Федеральный закон №113–95 от 3 апреля 2014 года) и «Акт в поддержку свободы Украины» от 18 декабря 2014 года (Федеральный закон №113–272). Действия в рамках этих законов оставались на усмотрение президента США, с формулировкой «президент может». Теперь формулировка изменена на «президент должен».

«Финансовый» вопрос

Законопроект существенно расширяет и ужесточает секторальные санкции, распространяя их на новые отрасли российской экономики. Кроме финансового, нефтяного и оборонного секторов предлагается распространить ограничения по привлечению долгового финансирования на предприятия газовой, металлургической, горнодобывающей промышленности, энергетики, железнодорожного и морского транспорта. Конкретный перечень включенных в санкционные списки российских компаний будет, как и сейчас, определять Министерство финансов США.

Срок допустимого предоставления долгового финансирования еще больше сокращается. Для банков он будет составлять 14 дней вместо нынешних 30, для других секторов – 30 дней вместо нынешних 90.

В законопроекте при этом содержится требование и предусматривается юридическая возможность распространить эти ограничения на авансирование экспортных сделок и частное размещение акций (скорее всего, главная цель этих санкций – «Роснефть»). Ограничения по долговому финансированию предлагается распространить и на ценные бумаги суверенного долга РФ (суверенные евробонды и ОФЗ), а это в принципе может иметь болезненные последствия для российского валютного рынка. Параллельно предусматриваются ограничения на операции российских финансовых институтов с федеральными казначейскими облигациями США.

Расширяются критерии запрета на предоставление технологий глубоководного бурения и добычи нефти на морском шельфе, в том числе в Арктике, а также для разработки сланцевых месторождений нефти (теперь запрет распространяется на любые частные компании, где есть любая имущественная доля санкционированных физических и юридических лиц).

«Личный» вопрос

Отдельного внимания заслуживают меры, введенные в отношении, дословно, «коррумпированных российских деятелей, пытающихся избежать санкций» («corrupt Russian actors; those seeking to evade sanctions»).

В отношении таких «деятелей» за попытки обхода санкционного режима через перерегистрацию компаний на близких родственников и соратников лиц, находящихся в санкционных списках, предусмотрены блокировка активов и счетов и запрет на въезд в США.

Дополнительно введено весьма жесткое ограничение на инвестиции в строительство, ремонт и обслуживание российских экспортных нефте- и газопроводов, включая продажу, лизинг или предоставление услуг, технологий, информации и другой поддержки на сумму свыше $1 млн или более $5 млн в течение 12 месяцев. Целью этого ограничения, видимо, являются инвесторы, сервисные компании и подрядчики «Газпрома», «Роснефти» и «Новатэка» – все сплошь приближенные к руководству этих компаний бизнесмены.

Кроме того, появилось ограничение на частные инвестиции свыше $10 млн в приватизацию государственных пакетов акций российских компаний, «если она совершается в интересах госчиновников, их партнеров и родственников». Таким образом, Конгресс демонстрирует отсутствие у него каких-либо иллюзий в отношении «приватизационных сделок» российского правительства и понимание того, в чьих интересах они совершаются.

Наконец, чувствительной для российских «corrupt actors» мерой может стать разрешение Министерству финансов США применять в отношении российских физических лиц меры по противодействию терроризму.

Сюда же следует добавить требования о предоставлении президентом Конгрессу США ежегодных докладов о российских олигархах и их близости к политическому руководству, а также о создании Минфином США специального подразделения, которое будет заниматься отслеживанием и перекрытием относящихся к России потоков незаконных финансовых средств в финансовой системе США.

Насколько санкции повлияют на экономику России?

А вот тут не все однозначно. На самом деле, краткосрочный эффект от санкций невелик. Да, Россию отгородили от мировой финансовой системы, но российская экономика не нуждается сейчас в заемных деньгах. Российская экономика стагнирует не из-за санкций, а из-за своей структуры. Государство намеренно вытесняет с рынка большинство бизнесов, соответственно капитал ищет другие рынки. Как остроумно выразился российский экономист Андрей Мовчан, главную и единственную санкцию против России ввел рынок нефти.

Экономика сильно сокращается, она начала стагнировать еще с 2012 года, бизнес не хочет развивать ничего нового, но российская верхушка, контролирующая сырьевые ресурсы страны, чувствует себя превосходно. За последние два года стагнации доходы самой обеспеченной части россиян выросли на 10%, у трех четвертей населения они упали на 20%, наши соотечественники экономят, как никогда не экономили за последние пять лет, но власти это нисколько не беспокоит. Напротив, в обнищании населения хозяева страны видят гарантию финансовой стабильности системы – резко снизился спрос на импорт, а значит, и на доллары, поэтому нет нужды бояться за сохранение золотовалютных резервов, поскольку нефтедоллары продолжают приходить в страну. Доходы бюджета сократились, однако как раз на них санкции и не влияют. Зато санкции дают властям превосходное политическое объяснение экономической рецессии, происходящей в стране, рецессии, которая – внимание – снижает доходы россиян, но не сказывается на уровне потребления и качестве жизни тех, кто принимает решения.

Что может быть ответом на санкции?

Российская экономика не превышает двух процентов от мировой экономики, с точки зрения своего места на мировой технологической и деловой карте, Россия – это «нефтегазовая компания». Доля российского рубля в мировом обороте составляет десятые доли процента. Ничего критичного Россия у Америки не покупает, ничего критичного ей не продает. То есть ответить США «в экономическом смысле» не получится.

Тем не менее, Россия будет отвечать, в точном соответствии с насмешливым заявлением замечательного российского олигарха, живущего в Лондоне: «Санкции там, нормы, права – какие? У нас была всегда норма – 125 граммов хлеба в сутки…! Вот это и будет ответом на санкции их ...». Так и будет: яхты, особняки в Лондоне, виллы в Биаррице, счета в Швейцарии для привилегированной верхушки и – «снижение нормы» для всех остальных. Правда, 125 граммов хлеба тоже пока не будет, Россия в смысле уровня и качества потребления опустится еще ниже, примерно в 2004 год, с тенденцией к дальнейшему падению доходов всех, кто не входит в число приближенных к эксплуатации и охране сырьевых ресурсов.

По данным Росстата, уровень жизни в России падает практически без остановок с октября 2014 года. Накопленным итогом спад превысил 15%, а в апреле ускорился втрое – до 7,6%.

За последние 30 месяцев статистика лишь однажды зафиксировала рост доходов населения в реальном выражении – в январе 2017-го, что, однако, стало результатом разовой выплаты пенсионерам. Ну, а теперь и пенсионерам вместо выплаты можно будет еще посмотреть телевизор, где владельцы американской недвижимости расскажут им про плохую Америку.

Автор – экономист Дмитрий Прокофьев


Источник: ИАИ ПРОВЭД

Получайте свежую и актуальную информацию о ВЭД: новости, изменения в законодательстве и многое другое.
Ваше имя *
Ваш E-mail *
Сообщение *
Тема
Введите то, что показано на картинке:
Отправить сообщение
Ваше Имя *
Ваш E-mail *
Ваша компания *
Сообщение *
Введите то, что показано на картинке:
Отправить сообщение