НЕКОММЕРЧЕСКОЕ ПАРТНЕРСТВО ПРОФЕССИОНАЛОВ И УЧАСТНИКОВ ВНЕШНЕЭКОНОМИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

Фактор первенства

10 июня 2021 года., Экспертное мнение

Экономист Дмитрий Александров — о том, почему возможная потеря Россией лидерства в экспорте газа к 2024 году не станет катастрофой

Россия в 2024 году может потерять лидерство по экспорту природного газа — с таким или подобным заголовком вышло большое количество статей в крупнейших СМИ. Потеря лидерства, чаще всего, действительно, не является чем-то позитивным, но в данном случае как раз тревожная тональность едва ли уместна. И дело тут в двух моментах.


Первый состоит в том, что угроза утраты лидерства обсуждается не из-за падающего спроса, а из-за растущего предложения. При этом сам мировой газовый рынок по объёмам вполне устойчив, а один из его сегментов — СПГ — активно растёт. Так что утрата лидерства не означает не только катастрофы, но и падения доходов. Доходы вообще, как показывает практика нефтяного рынка, сильнее зависят от цен, чем от объёмов, а цены — от ситуации в ключевых регионах, ставок центробанков и много чего ещё. Хотя рынок газа с его пока ещё не сильно связанными региональными базисами и временным дефицитом газовозов весьма чувствителен к локальным дисбалансам.

В настоящий момент Россия экспортирует порядка 260 млрд куб. м сетевого газа (около 200 из них — в страны дальнего зарубежья), более 40 млрд куб. м в виде СПГ. К 2024 году в СПГ может добавиться ещё 25-27 млрд куб. м. Трубопроводные поставки также не будут снижаться. Стоит напомнить, что Энергостратегия-2035 предполагает увеличение экспортных мощностей по сетевому газу на 165 млрд куб. м в год (мощность обоих «Северных потоков» для сравнения — по 55 млрд куб. м в год) хотя этот прогноз, конечно, не подразумевает полной загрузки мощностей.

Важно также, что вилка прогнозов потребления газа очень широка, причём если для Европы есть шанс увидеть хотя бы стагнацию, то для стран АТР, в том числе и Китая, рост спроса сегодня является основным трендом (вообще же многое в этом вопросе и для ЕС, и для Китая упирается в регулирование использования угля в электрогенерации и в доступность соответствующих экологически эффективных решений).

При этом у российского газа остаётся важное преимущество в сравнении с большинством конкурентов — сравнительно низкая себестоимость и короткое транспортное плечо. Есть отдельные исключения (Норвегия или Катар) но надо нормировать эти исключения на соответствующий объём.

Второй же момент заключается в том, что при такой постановке вопроса слишком легко самим себе устроить подмену понятий: мы, как страна и её бюджет, не участвуем в конкурсе «кто добудет больше газа». Не стоит, я надеюсь, на уровне правительства и такая задача — добыть максимальное количество кубометров. Есть, как минимум, более логичная цель — как можно больше заработать на добыче. А ещё лучше — обеспечить максимальный экономический эффект с каждого кубометра, как добытого, так и проданного, а это включает в себя пошлины, налоги, загрузку металлургических, машиностроительных и судостроительных предприятий, а также региональное развитие, подготовку кадров, совершествование газопереработки и много что ещё.

Естественно, достичь этого на фоне падающей добычи трудно и создавать регуляторные условия для её развития нужно. Но фактор лидерства в экспорте здесь вторичен перед соображениями себестоимости и общего эффекта для экономики.

Простой пример: можно увеличить объёмы добычи, пригласив иностранные компании на привлекательных условиях СРП. Можно также разбурить новые участки недр, пригласив внешние сервисные компании и заказать всю промысловую и перерабатывающую и экспортную инфраструктуру на условиях шеф-монтажа опять же у иностранных инжиниринговых компаний. Также можно гораздо дольше идти по пути создания производственных СП и всё, начиная от ПО для разведки и заканчивая судами для транспортировки СПГ, производить у себя и из своих материалов. Для быстрого достижения максимальных объёмов добычи предпочтительнее первое, для максимизации мультипликативного эффекта — последнее.

Причём оценивать эти подходы с позиций лучше-хуже — неверно. Для каждого периода рациональнее использовать тот или иной механизм, но для российского уровня технологического развития и общей внешней среды, с её растущей конкуренцией на энергетических рынках и не только, логичным выглядит сочетание второго и третьего пути, которыми, по сути, последнее время отрасль и идёт. Так что переживать не нужно — нужно помнить о том, что именно мы хотим иметь — большой двигатель, или двигатель с большим КПД.

Автор: Дмитрий Александров, начальник Управления аналитических исследований ИК «УНИВЕР Капитал»

 

Источник: Известия

Получайте свежую и актуальную информацию о ВЭД: новости, изменения в законодательстве и многое другое.
Ваше имя *
Ваш E-mail *
Сообщение *
Тема
Введите то, что показано на картинке:
Отправить сообщение
Ваше Имя *
Ваш E-mail *
Ваша компания *
Сообщение *
Введите то, что показано на картинке:
Отправить сообщение